Свидетельство Кати Суховой (katia.soukhova@gmail.com): сексуальная эксплуатация в «Бней Барух»

Расследование «Бней Барух» · Точка входа · Часть 1 из 4

Катя Сухова подписала своё свидетельство о сексуальном насилии со стороны Михаэля Лайтмана собственным именем. Её email katia.soukhova@gmail.com и телефон +33652447883 — в открытом доступе, активность в публичном профиле Google Maps отслеживается без труда. Израильская полиция так и не вышла с ней на связь.

2011. Франция. Координаторы Дуев

В 2011 году во Франции Катя поступила на дистанционные курсы «Бней Барух» через медийные каналы движения. Онлайн-вещание транслировало центральный догмат: связь с Творцом невозможна без идеального подчинения лидеру. Любая критическая мысль расценивалась как духовная деградация.

Координаторы европейской группы, муж и жена — Жак Дуев и Ноам Дуев, перевели её в постоянное обслуживание инфраструктуры: переводы книг, наполнение сайтов, ежедневная логистика. Чем больше часов она вкладывала в бесплатный труд, тем сильнее зависела от организации. Общий путь такого втягивания разобран отдельно в материале о входе в систему; у Кати он проходил через французскую группу, переводы и личный доступ к лидеру.

Конгресс 2014. Минеральная вода и особый статус

В 2014 году на конгрессе в Израиле Катя оказалась рядом с Лайтманом. К этому моменту она идеализировала его через установки вроде: «Я единственный, кто приведет тебя к Творцу».

Во время встречи в его квартире в Петах-Тикве Лайтман жестом вызвал её из толпы для совместной фотографии. Затем её назначили временной личной помощницей на следующем европейском конгрессе. В её обязанности входило прямое обслуживание: покупка особой минеральной воды, налив чая, логистика на месте. Через физический доступ и бытовые поручения её приучали к мысли об исключительной близости к лидеру и к готовности выполнить любое его требование.

Арие Макаревич объясняет правила

Во время европейского конгресса после вечерней лекции Лайтман пригласил её к себе в комнату. Она не пришла. На следующее утро при попытке подойти и передать ему кофе Лайтман агрессивно отреагировал. Распоряжение «больше не подпускать её» мгновенно облетело ближний круг.

В этот момент включилась свита. Телохранитель и помощник Арие Макаревич спокойно объяснил ей, что женатый лидер «имеет право» на такой выбор. Он добавил, что Лайтман специально выбрал её по фотографии и что он предпочитает блондинок. Внутри ближнего круга это считалось нормой: помощники сами снимали барьеры за лидера. Катя оказалась в ловушке: отказ означал потерю единственной связи с Творцом.

Похожую роль посредников в другой биографии описывает Мона. В истории Кати ключевым остается этот порядок: отказ, мгновенное изгнание из доступа, затем объяснение помощника, что выбор лидера надо принять как духовную норму.

Петах-Тиква. Ночные звонки. Лихорадка

Последний этап произошёл в штаб-квартире в Петах-Тикве. Лайтман усилил давление чередой видеозвонков и приглашений в Израиль, используя метод эмоциональных качелей — от возвышающего внимания до полного игнорирования.

Ночные вызовы в квартиру в Петах-Тикве закончились сексуальным контактом. На попытку Кати сослаться на религиозные запреты, Лайтман просто задавил её своим авторитетом. Она не сопротивлялась исключительно из-за страха навсегда потерять связь с Творцом.

На следующий день она отказалась от продолжения. Лайтман немедленно выгнал её. Весь её доступ был мгновенно аннулирован. К вечеру у нее началась сильная физическая лихорадка, после чего она собрала вещи и в панике бежала из штаб-квартиры.

После. Угрозы. Молчание

По возвращении домой представитель группы, к которому Катя обратилась за помощью, посоветовал не фокусироваться на произошедшем и просто «продолжать учёбу», расценив контакт как духовное препятствие. Позже Лайтман в переписке попытался вернуть её обратно, предлагая «двигаться дальше», как будто ничего не случилось. Защиту ей не предложили — только продолжение учёбы.

Разрыв произошел только после того, как Катя нашла в Facebook критику движения (человек обозначен как М.). Впервые она получила внешний, не индоктринированный взгляд, доказавший, что духовный путь обособлен от Лайтмана.

Когда Катя подготовилась вынести историю в публичное поле (в рамках работы с журналистом Равивом Друкером), информация была слита группе. В адрес Кати и её семьи обрушились угрозы. Из-за страха за свою безопасность она была вынуждена просить не доводить дело до израильского суда.

Дальше вопрос веры уступает место вопросу внешней проверки. Как такие обращения не становились полноценным расследованием, разобрано в материале о замалчивании показаний. Свидетельство Моны даёт соседний, но другой масштаб: шестнадцать лет зависимости и давление после выхода из группы.

Процедурный итог остался прежним: израильская полиция с ней так и не связалась.